Развитие всемирной культуры, факты, мнения, выдающиеся личности
19.01.2012 12:37
Под охраной
На самом деле в Австралии уже обнаружили место, где можно найти улики, проливающие свет на это запутанное дело. Искать их стоит у Кадди-Спрингс - сезонного, то есть регулярно пересыхающего, озера в центре северной части Нового Южного Уэльса. Еще в 1878 году местный фермер, копая колодец, наткнулся на остатки мегафауны. Сегодня же окрестности озера известны главным образом благодаря одной женщине, много лет ведущей работы в регионе. Это Джудит Филд, археолог из Сиднейского университета.В 1991 году аспирантка Джудит приехала на Кадди-Спрингс - и совершила сенсационное открытие, о котором поспешили написать все газеты: рядом с костями древних животных были обнаружены каменные орудия труда. По словам Джудит, одновременное присутствие человека и представителей мегафауны демонстрируют два слоя, один древностью около 30 тысяч лет, другой - 35 тысяч.
Если датировка верна, значит, люди, появившиеся на континенте 50 тысяч лет назад, сосуществовали бок о бок с гигантами как минимум 20 тысяч лет. Выходит, об идее блицкрига можно забыть? Нет - потому что далеко не все согласны с датировкой Филд.
Согласно одной из версий, кости могли быть вымыты подземными водами из более древних слоев и переотложены в более молодые. Берт Роберте, написавший в 2001 году в соавторстве с Флэннери статью о причастности человека к вымиранию мегафауны, исследовал песчинки в Кадди-Спрингс - и обнаружил очень "молодые" песчинки среди предположительно более древних остатков. Райнер Грюн, еще один австралийский ученый, занимавшийся датировкой найденных в Кадди остатков, вслед за Робертсом обращает внимание на то, что порядка здесь недостает: "Эти слои явно нарушены.
А раз так - может быть все что угодно. Возможно, археологические артефакты и мегафауна в самом деле происходят из одного слоя. Я этого вовсе не отрицаю. Только это невозможно доказать". Джудит Филд яростно спорит с оппонентами. По ее мнению, они сами слишком зациклились на теории "человеческого фактора" и просто не могут взглянуть на проблему с другой стороны.
Читать далее
Музыкант John Mellencamp
Ти-боун вернет сделает титана американы из кого угодно, будь то Роберт Плант, Элвис Костелло, Джейкоб Дилан или бомж из соседней подворотни (на очереди Элтон Джон и его совместный диск с Леоном Расселом). С Меллснкампом, впрочем, ему слишком возиться не приходится - только успевай подхватывать.Если на их первой копродукции, позапрошлогодней "Life, Death, Ixwe And Freedom", еще случались рецидивы радиоформата, то на этом диске поиск своего места в пейзаже корневой музыки носит уже совершенно безотчетный характер. Новая пластинка обернулась паломничеством по местам боевой славы: музыкант отправился в Мемфис, на легендарную элвисовскую Sun Studio, а также в Gunter Hotel в Сан-Антонио, где записывал свои шеллаки Роберт Джонсон (Мелленкамп даже вселился в ту самую комнату, где жил блюзмен). Треки писались на портативной студии 1955 года, на один микрофон, в моно.
В итоге вся чертова дюжина песен оказалась пронизана энтузиастом архивиста (взять хотя бы джонсоновские дельта- маньеризмы в "Right Behind Me"). Новообретенная свобода и расслабленность самовыражения не могли не привести Мелленкампа к новым шедеврам, из которых особенно выделяется "Love At First Sight" - блестящий образчик сжатого ироничного нарратива а-ля Хэнк Уильяме. Пластинка заканчивается натруженным грудным смехом артиста - творчество и счастье, как и полагается, должны идти рука об руку.
С Андреем Бухариным. Rowland s howard. Отнюдь не все рок-н-ролльные ангелы саморазрушения могут похвастаться, как Кит Ричарде или Оззи Осборн, что никакие излишества их не берут. Некоторые, уцелев в молодые годы, умирают все равно до обидного рано. Вот так в декабре прошлого года в пятидесятилетнем возрасте ушел из жизни Роуланд С. Хоуард, икона австралийского андеграунда (The Birthday Party, Crime And The City Solution, These Immortal Souls).
Хоуард был классическим примером теневого героя, когда при всей его влиятельности большая часть славы и известности доставалась все же другим - Нику Кейву, например. Манера игры Ховарда на гитаре, которую я бы окрестил "белым каторжным блюзом", сформировала дикий саунд не только The Birthday Party, но и кейвовских The Bad Seeds, хотя с ними он играл всего пару раз уже в девяностые годы.
Читать дальше...